Новости, Новости с фото
«Всё сгорело? Будем танцевать!» Как социальный бизнес спасает деревню
На баночках кабачковой икры, солений, мёда и других продуктов из Малого Турыша особенные этикетки. На них изображены люди, которые и сделали все эти вкусности. Долгие годы их деревня, что находится в Красноуфимском районе Свердловской области, была в упадке. Всё изменилось, когда Гузель Санжапова, чей папа живёт в тех местах, стала строить социальный бизнес, и деревня ожила…
«Никому не нужны?»
Окончив школу, Гузель Санжапова уехала из родного Екатеринбурга в Москву, окончила МГУ, устроилась работать в IT-компанию, параллельно развивая собственный бизнес. Но затем оставила престижную сферу и начала делать мёд в деревне, где жила её бабушка, и где сейчас живёт её отец, – в Малом Турыше Красноуфимского района. За 13 лет это занятие переросло в крупный социальный проект, в котором задействовано множество людей — от местных жителей до известных магазинов и брендов, с которыми она сотрудничает. Плюс ко всему об уральской глубинке узнала вся страна, особенно когда там стали проводить летний фестиваль «Посреди нигде».
Гузель рассказывает, что когда-то на её малой родине чувствовалось запустение и безнадёга. «Папа пройдётся по дому, чуть ли не шаркая ногами, — вздох: “Никому мы здесь не нужны”. Когда замечаешь такой упадок в своей семье, для тебя это словно раковая опухоль. Как тут помочь? Только встать рядом», — вспоминает она. Уволившись с работы, свердловчанка купила оборудование для отцовской пасеки, а дальше, что называется, понеслось: оказалось, в глуши можно производить не только мёд, но и варенье, чай, мыло… К делу подключились местные жители, и ощущение покинутости ушло — у людей появилось дело.
Взять хотя бы одинокого пенсионера Шамиля Шаймиева, которому было не с кем делиться небывалым урожаем яблок. Возможно, те так и лежали бы на земле, но стоило их нарезать тонкими пластиками, засушить и присыпать корицей, как они стали нарасхват. Или, допустим, Гульшат Сабахатдинова: вместо того чтобы ломать голову над извечной проблемой — куда пристроить кабачки, женщина мастерски готовит из них икру. Многие жители собирают дикорастущую душицу, ромашку, календулу, мяту, мелиссу и другие травы для чаёв. Баночки подчёркивают авторство: на каждой этикетке — фотография того, кто делал икру, варенье или, допустим, чай. Есть там и фотография бабушки Гузель, Хамаиры Фатыховой, память о которой девушка бережно хранит.
«Я столкнулась с тяжёлой проблемой — процессом вымирания деревень, — отмечает Гузель. — Он происходит во всём мире, не только в России, а например, в той же Германии. Победить это явление нелегко. Начав решать проблему, можно будет измерить результат в лучшем случае лет через двадцать, когда будут видны демографические показатели. Чтобы помочь, нужно сделать четыре шага, простые, на первый взгляд, но в этом-то и кроется вся сложность».
Четыре шага
По словам Гузель, чтобы деревня не опустела, необходимо, прежде всего, трудоустроить местных жителей. Их главным источником дохода должна быть именно зарплата, а не какие-нибудь пособия, считает она. «Пусть у человека появится возможность зарабатывать деньги, не надеясь на чью-то щедрость», — говорит предприниматель.
Дать людям работу могли бы представители малого бизнеса. Правда, тогда нужно будет заботиться о сотрудниках, обеспечив ту же инфраструктуру. «Иногда приходится биться за такие базовые вещи, о которых в городе даже не задумываешься, — говорит Гузель. — К примеру, мы полгода добивались от местной администрации, чтобы из деревни начали хотя бы вывозить мусор. Я уже не говорю о медицинских осмотрах, которые, увы, не всегда доступны».
Гузель рассказывает, что несколько лет назад начала строить в Малом Турыше культурный центр — какая же деревня без клуба? Там же планируется открыть магазин, образовательный центр и парикмахерскую — пусть и непостоянную, с мастером, который мог бы приезжать регулярно.
Третий шаг, по её словам, — установить связи с внешним миром, чтобы местные жители чувствовали себя нужными. «Бабушки вспоминают, как у нас в деревне на одном из мероприятий пела группа “Чайф”, — рассказывает Гузель. — Перед летним фестивалем, на котором выступила актриса Юлия Персильд, сыгравшая главную роль — хирурга Женю Беляеву — в фильме “Вызов”, они спрашивали: “К нам та актриса прямо из космоса в скафандре прилетит?” В такие моменты им верится, что для нас нет ничего невозможного, и это ощущение дорогого стоит. Иногда важно не столько заработать деньги, сколько создать рабочий механизм — пусть даже для других. Так, например, мы подписали договор с одной международной компанией, чтобы наши бабушки шили наволочки на продажу. Потратили два года на то, чтобы нас пустили в эту сеть, и ведь получилось — большая победа! После этого компания согласилась сотрудничать с маленьким благотворительным фондом по такому же принципу. Получается, мы упростили для него процедуру входа в столь крупную организацию, и это огромный плюс. Правда, сейчас ни о каком сотрудничестве с этой фирмой речи нет — она покинула российский рынок. И всё равно мы сделали большой рывок».
Последний момент, о котором говорит Гузель, — научиться грамотно управлять ресурсами, что не так уж просто: не у всех получается строить бизнес в деревне, особенно такой, чтобы он приносил пользу местным жителям. И этим ресурсом могут быть, например, социальные сети. Без них проект бы не выжил. Особенно показателен случай, когда зимой 2023 года в Малом Турыше сгорел гараж отца Гузель, а вместе с ним — всё оборудование для производства мёда и других продуктов.
«У нас кровати плавают»
«Сижу я в Москве, — вспоминает она. — Время два часа ночи, глаза слипаются. Вдруг приходит сообщение от мамы: “Гуля, у нас всё сгорело!” Представила себе, что пожар охватил всю территорию: и культурный центр, который строится, и дома людей. Впервые ощутила, что такое предынфарктное состояние! Тебя трясёт, с тебя стекает крупный пот, и ты не можешь даже набрать номер телефона! До мамы я всё-таки дозвонилась, и оказалось, что пострадал только папин гараж, в котором был трактор, столы для просушки ягод и все остальные инструменты, без которых вся работа встанет. Прилетаю на Урал рано утром — деревня плачет: как теперь заниматься производством? Говорю родителям: будем петь и танцевать!»
Гузель сняла видеоролик с участием родителей, в котором те танцевали на развалинах гаража. Это видео она распространила по социальным сетям, и нашлись неравнодушные люди, которые захотели помочь. Многие присылали деньги на новое оборудование, а кто-то приехал в деревню, чтобы лично отдать, например, свою болгарку.
Гузель решила отблагодарить всех за помощь. Так родилась идея провести в Малом Турыше летний фестиваль — «Посреди нигде». Но и тут случилось непредвиденное: за несколько дней до его начала из-за строительных работ на трассе местная речка вышла из берегов и полностью затопила глемпинг. В нём должны были остановиться волонтёры из Красноуфимска, которые согласились помочь провести фестиваль. Теперь их было негде разместить.
«Я сказала родителям: давайте танцевать! — вспоминает Гузель с улыбкой. — Сами посудите: то пожар зимой в минус сорок, то разлилась река, которая от силы метр в ширину! Как, вообще, такое возможно? У нас кровати плавают! Непонятно только, почему в лютый мороз, когда всё горело, у нас не было столько воды!»
Однако первый фестиваль состоялся несмотря ни на что и даже стал популярным. В этом году Гузель организовала его во второй раз, пригласив множество артистов, в том числе Юлию Пересильд с её музыкальной группой.
Гузель подчёркивает, что сейчас, когда дела идут в гору, ей важно помочь не только родной деревне, но и вдохновить других. И радует, когда кто-то тоже за это берётся. К примеру, одна девушка пригласила её на свою ферму альпак, которую тоже создала в деревне, но на Дальнем Востоке. «Я не бабушек развиваю, а создаю прецедент, — подчёркивает Гузель. — Делаю то, что пока считается невозможным! Сколько вслед за мной придёт людей, которым сейчас 25 и которым, скорее всего, говорят, что у них ничего не получится. Особенно девушкам. Мне ведь тоже когда-то советовали вместо того, чтобы серьёзными вещами заниматься, варить борщи».
Гузель рассказывает, что весь этот оптимизм и веру в себя она получила от бабушки. «Мне было девять лет, и мы спорили с моей малышкой-бабушкой, которая была миниатюрной женщиной, — говорит она. — Я настаивала, что Бога нет, на что та возразила: он есть, когда ты любишь кого-то или просто говоришь “да” другому человеку. В моей жизни всё так и происходит».
Гузель и её команда уже готовятся к проведению следующего фестиваля «Посреди нигде», который должен пройти 1 августа 2026 года.
попрошайка в соцсетях. раскачивает деревню? и как? как была умирающей, так и осталась. местные жители, из близко расположенных деревень, хорошего слова о данной даме не говорят.
Цитата: «Я не бабушек развиваю, а создаю прецедент». Это об’ясняет все странности и несуразности данного проекта. Еще: большая железная вывеска «Посреди нигде» — сколько же стоило это чудо????
Всю прибыль в карман!
Нигде не нашла информации сколько же налогов она заплатила в бюджет Свердловской области. Насколько законна эта деятельность? Кто выдаёт разрешение на производство продуктов питания на дому? Те же вопросы к нижнеиргинским сыроварам.
Хм, изготовление продуктов питания на дому разрешено, если данные продукты не подлежат обязательной сертификации. Как тогда самозанятые изготавливают торты, полуфабрикаты и прочее?
Отличный комментарий! Вопросов ещё больше.
Специально съездила в эту деревню. Сплошное вранье для тех кто далеко и не может посмотреть. Это не «Посреди нигде» это полный ноль везде. А при приготовлении кабачковой икры думаю полная антисанитария. Считаю так обманывать всех это вообще безнравственно.
Гузель Санжапова молодец! Она хоть ЧТО ТО делает для села, а вы,завистники комментаторы, вы что сделали, чтобы жизнь вокруг стала лучше?
А ты?
А я сажаю цветы!
Чтобы жизнь стала лучше — мы просто тут живём.
Ленивые завистники, а вы организуйте своё производство и прославте его на всю страну, утрите нос Гузель. Или боитесь разбогатеть?