advertisement

Новости

Ждем автолавку. В Красноуфимском районе пытаются сохранить торговлю в малых деревнях

Красноуфимский район расположен на западе Свердловской области, от Екатеринбурга до райцентра — 200 километров, до отдаленных деревень — еще десятки верст, порой по бездорожью. Бизнес в такую глушь калачом не заманишь, однако даже в небольших поселениях, где меньше 200 жителей, здесь ухитрились сохранить магазины — благодаря районному потребительскому обществу у их обитателей всегда есть свежий хлеб и молоко.

Деревенские жители приходят в магазин и за покупками, и за общением — как в клуб. Фото: Татьяна Андреева/РГ

Рентабельность зашкаливает

Как рассказал «Российской газете» бессменный председатель правления местного райпо Алексей Борисовских, у них 75 торговых точек, большинство в небольших селах. Многие приносят лишь убытки, которые компенсируют за счет прибыли других магазинов. По сути — торговая сеть, только обороты не те, да и прибыль минимальная. Хотя Красноуфимское райпо — организация «зажиточная», может похвастать рентабельностью в 1,5 процента: в среднем по стране этот показатель в три раза ниже.

Продавец единственного магазина в Красном Турыше Галина Молочникова сдает в месяц около 120 тысяч рублей. В деревне живут семь десятков человек, из них 15 пенсионеров. До ближайшего села добираться нужно на машине или пешком — автобусы в Красный Турыш заезжают редко.

Светлане Петуховой из деревни Красносоколье приходится через день ездить за 12 километров в село Нижнеиргинское, чтобы снимать данные с кассы.

— У нас не то что интернет, даже сотовая связь пропадает, хотя вышка рядом, — сетует она.

И правда, пока мы разговаривали, связь то и дело прерывалась. В Красносоколье полсотни жителей, многим старикам за 80 — без магазина им не обойтись.

Скоропортящиеся продукты работники райпо развозят по точкам практически ежедневно, в них всегда есть товары первой необходимости. В каждом магазине принимают заявки от жителей — привозят даже мебель и бытовую технику. Причем идут навстречу покупателям: дают кредит и отпускают товары в долг на полтора месяца.

Без поддержки государства потребительским обществам не выжить, уверен глава райпо. А без их магазинов глубинка вымрет

Цены тоже не накручивают: буханка белого хлеба — 22 рубля. Несколько дней назад она подорожала на рубль: местный хлебозавод за прошлый год ушел в минус на полмиллиона и теперь пытается удержаться на плаву. Такие же убытки — 502 тысячи — насчитали и в самом райпо по итогам работы 16 неприбыльных точек. Борисовских просил региональные власти субсидировать хотя бы половину суммы, но в ответ услышал: «Снижайте издержки». А снижать-то нечего.

Еще безнадежнее ситуация с автолавками. Потребительское общество доставляет таким способом продукты в четыре деревни. За прошлый год автолавки принесли организации 98 тысяч рублей убытков.

Зайтуна Габдухакова из деревни Малый Турыш, где около 60 постоянных жителей, рассказывает: магазин здесь закрылся пять лет назад, от ее дома до ближайшего «супермаркета» километров шесть, автолавка приезжает раз в неделю, привозит продукты в основном по заказам.

— Конечно, хлеб и молоко даже в холодильнике семь дней не пролежат, поэтому ездим сами. Когда кто-то собирается на своей машине в магазин, всегда спрашивает соседей, составляет список и привозит продукты на всех. У нас есть два одиноких старика, одному 78, другому 87 лет, помогаем им. А летом в деревне полно ребятишек — им бы мороженое, но купить негде, — говорит пенсионерка.

Интернет у окошка

— Не могу достучаться до чиновников, — сокрушается Алексей Борисовских. — Сколько ходил, обращался, писал… Кивают, обещают помочь — и ничего.

Без поддержки государства потребительским обществам не выжить, уверен он. А без них глубинка вымрет: предприниматели не видят смысла открывать магазины ради сотни покупателей — выручка копеечная, хлопот и расходов много. Кто захочет ездить в магазин за 10 километров? Вот и остаются в деревне лишь старики, доживающие свой век вместе с ней. К слову, в Красноуфимском районе ситуация еще благополучная. В северной части области, где и климат весьма суровый, малых поселений почти не осталось. Рассчитывать на то, что бизнес когда-нибудь обратит свой взор на этот рынок, не приходится. Остается лишь пытаться сохранить то, что есть — потребкооперацию.

— Мы не против цифровизации, но нужно смягчить условия для малых населенных пунктов, — предлагает Алексей Борисовских. — Мы вынуждены нанимать пенсионеров — молодежи здесь практически нет. Пожилым продавцам сложно освоить компьютер. Стоит разрешить неполную автоматизацию в селе.

Впрочем, даже если возрастные пользователи научатся вводить в систему данные о товаре по всем правилам, работать все равно будет непросто: в сельской местности нет устойчивого интернета.

— У меня стоит маленький кассовый аппарат, — рассказывает Галина Молочникова. — Алкоголем не торгую  из-за отсутствия интернета. Терминал для оплаты картами имеется, но работает через раз, особенно если погода плохая: бегаю к окошку, где связь «ловит».

Алексей Борисовских выдает маленькие хитрости торговли спиртным в глубинке. Как известно, вся алкогольная продукция вносится в ЕГАИС, а она работает только с интернетом.

— Продавцы, и не только наши, что придумали: если интернета нет, просят покупателей приходить со своей тарой, переливают спиртное туда, а потом, когда связь появляется, сканируют акцизную марку и отбивают чек, — рассказывает он. — Или, скажем, если планируется отключение электричества, пробивают товар заранее, а потом отдают клиентам. Голь на выдумку хитра.

В областном министерстве АПК и продовольствия считают выездную торговлю наиболее перспективной формой обслуживания глубинки

Отдельный вопрос — санитарные нормы. Правила требуют наличия в торговых точках горячей воды и канализации, а, скажем, в Красносоколье — ни того, ни другого. Продавец Светлана за водой бегает на колонку, удобства тоже на улице. Во многих деревнях вообще нет водопровода. Алексей Борисовских уверен: нормы должны соответствовать реальному состоянию инфраструктуры на местах.

— Недавно райпо оштрафовали на 250 тысяч за несоблюдение санитарных норм, — рассказал он. — Главный санврач района понимает наше положение, но вынуждена соблюдать закон.

Помощь придет

По результатам переписи населения 2010 года, с 2002 года в России исчезло почти 20 тысяч деревень. У главы Красноуфимского потребительского общества, который сам родом из малой деревни, есть понимание, как повернуть процесс вспять:

— Уже многое делается для сохранения села: строятся дороги, открываются учреждения культуры и фельдшерские пункты. Почему бы не взять курс на возвращение на малую родину ветеранов труда? Пусть они оставляют свои квартиры детям и едут в родную деревню, занимаются хозяйством, летом принимают внуков, воспитывают их в деревенских традициях. Это же позволит сократить количество строек в городах, да и для детей полезно. Только нужны льготы. Если пенсионер работает в деревне, пусть ему индексируют пенсию, пусть за ним сохранится право обслуживания в городской поликлинике, — рассуждает Борисовских. — Ну а районным потребительским обществам, конечно, нужно смягчить условия работы. Если не будет никакой помощи от государства, только нашему райпо придется закрыть около двадцати торговых точек, а по стране и говорить нечего. Неправильно это — закрывать магазины в малых деревнях. Переход на автолавки в конечном счете обернется еще большими расходами.

Как рассказали «РГ» в региональном министерстве агропромышленного комплекса и продовольствия, поддержка потребкооперации будет: с 2020 года ведомство начнет компенсировать часть затрат на горюче-смазочные материалы для автолавок, которые развозят товары первой необходимости по малонаселенным и отдаленным территориям. В министерстве считают выездную торговлю с приемом заказов от населения наиболее перспективной формой обслуживания глубинки. Сейчас в Свердловской области автолавки ездят в 196 населенных пунктов. Чиновники полагают, что субсидии на ГСМ позволят не только сохранить выездное обслуживание, но и увеличить его объемы.

Кстати

В 994 сельских населенных пунктах Среднего Урала работают 3570 магазинов, 297 павильонов и 98 киосков. С 2017 года предпринимателям и торговым организациям в селе можно не использовать контрольно-кассовую технику, а лишь выдавать покупателю документ, подтверждающий факт покупки. Кроме того, продавцы в глубинке могут применять контрольно-кассовую технику в режиме, не предусматривающем обязательную передачу фискальных документов в налоговые органы в электронной форме через оператора фискальных данных.

4 комментария

  1. Житель,
    +3
    -1
    Rating: +2. From 4 votes.
    You have not voted yet.
    Please wait...

    Вымираем.
    Скоро как в древние времена — будем жить вокруг больших городов. И не строить проблем всем.

    Ответить
    • +5
      0
      Rating: +5. From 5 votes.
      You have not voted yet.
      Please wait...

      Мне кажется как раз с маленьких деревень и идет вымирание, потом чуть больше и так большие города и останутся, поля все зарастут мусором от пикников и тд а лес блз. зарубеж вырубит пока в аренде будет земля)

      Ответить
  2. со стороны,
    +5
    0
    Rating: +5. From 5 votes.
    You have not voted yet.
    Please wait...

    Да не о том разговор! Что осталось от РАЙПО? Переработки нет, из производства только Саранинская пекарня,заготовки нохерены, средства пайщиков «растворились без осадка ,закуп от населения отдан на откуп заезжим «купцам», дошли до того, что стали сдавать собственные торговые площади торговым сетям. Потерялась сама суть кооперации. А хлеб и молоко привозят издалека,вплоть до Кунгура. А эти росказни про кассовые аппараты и перелив спиртного в свою тару смехотворны и лишь подтверждают сложившуюся ситуацию. Видимо как известном ан екдоте пора менять не мебель, а …

    Ответить
  3. бугалыш,
    +7
    -1
    Rating: +6. From 8 votes.
    You have not voted yet.
    Please wait...

    У райповских магазинов цены на товары бешеные .Как будто они их по штучно приносят пешком в село .

    Ответить

Написать комментарий Ответить на комментарий